Самоизоляция как стимул для творчества

7 апреля 2020, 12:40 | Общество 115

Вячеслав Берзин — известный жуковский врач, а заодно член Союза писателей России, руководитель жуковского литературного объединения “Стожары”. Вышло так, что в момент объявления противоэпидемических ограничений, он находился в Беларуси. По возвращении — попал на двухнедельный карантин, который строго соблюдает. Вячеслав Петрович сообщил в редакцию, что период самоизоляции проводит вполне плодотворно, заканчивает ранее начатые литературные опыты, пишет новые произведения в излюбленном жанре рассказа. Вот один из рассказов, написанный в это уникальное время.

«Стритрейсер»

Рассказ

— Света, как я рада, что ты к нам заехала!
Людмила Владимировна обняла сестру и поцеловала в щеку.
— Так редко видимся! А помнишь, мама наказывала никогда не забывать друг друга?
— Мы и так не забываем. Да Беларусь не такая и маленькая, уж больно далеко судьба забросила нас с мужем.
— Ну, да, к самой польской границе.
— Тебе хорошо, вы под боком у России, а нам до неё пилить и пилить.
Застолье затянулось до глубокой ночи. Сёстры никак не могли наговориться. Ещё бы, три года не виделись! Они были похожи друг на друга, словно близнецы, несмотря на разницу в два года: невысокие, коренастые, с короткими стрижками, с приветливыми лицами и «живыми» глазами, только старшая, Людмила шатенка, а Светлана крашеная блондинка.
— Ты, Свет, тоже хороша! Если бы не путёвка на Чёрное море, так и не собралась бы к нам?
— Не обижайся! Сама давно ко мне приезжала?
Людмила Владимировна вздохнула:
— Каюсь, грешна. С годами тяжело заставить себя куда-нибудь собраться, домоседами стали. Это всё возраст, сестра. Согласна?
Светлана не успела ответить, как на кухню по-хозяйски вошёл Николай Иванович. Опёршись на дверной косяк крепким плечом, он скомандовал:
— Хватит, сороки, болтать! Завтра рано вставать. Если проспим, к поезду не успеем.
Поднялись рано. Позавтракали. Николай Иванович выгнал «Пежо» во двор. Машина была под стать хозяину: такая же небольшая и, вроде бы, неказистая, но надёжная. Авто- владелец за ней регулярно ухаживал, чуть ли пылинки не сдувал, и она отвечала ему взаимностью: несмотря на преклонный возраст, никогда не подводила.
Солнце уже довольно высоко поднялось, когда выехали. От посёлка до областного центра было рукой подать – каких-то полсотни километров. Николай Иванович, человек обстоятельный, посчитал, что двух часов вполне достаточно. До города добрались быстро, но вскоре упёрлись в лютую автомобильную пробку. Вероятно, где-то впереди произошла авария. Сначала не волновались, думали, что всё быстро разрешится, да не тут-то было.
— Коля, придумай что-нибудь, — попросила супруга.
— Люд, не зуди! Сама знаешь, что к железнодорожному вокзалу единственная дорога, другого пути нет. Будем ждать.
— Господи, помоги! – причитала Светлана Владимировна. – Путёвка ведь пропадёт! Я этого не переживу!
Когда движение возобновилось, времени оставалось в обрез. Николай Иванович, торопясь, въехал на привокзальную площадь. Увидев, как по путям удаляется поезд, он в полголоса выругался, а женщины одновременно ахнули. Людмила Владимировна, обхватив голову ладонями, воскликнула:
— Что же делать?
— Спокойно, девчонки, будем догонять.
Николай Иванович уверенно ухватился за руль и скомандовал:
— Ну, держитесь!
Машина летела, словно птица. Придорожные деревья и строения мелькали, как в ускоренном кино. Людмила Владимировна, сидя с сестрой на заднем сидении, постоянно выглядывала из-за головы мужа, пока он не сделал замечание:
— Не мельтусись, всё будет нормально!
К первой остановке поезда опоздали. Развернувшись, помчались дальше, к границе. Стрелка спидометра зависла на отметке сто тридцать, временами сто сорок километров в час. Внезапно Николай Иванович, хлопнув ладонью по лбу, воскликнул:
— У меня же нет с собой паспорта!
— А как ты собрался через границу проехать? Права хоть не забыл?
— Нет, а вот паспорт не взял. Я же думал, туда и назад, а тут вон как всё сложилось.
Он судорожно стал давить кнопки телефона.
— Держи руль, балда, улетим с дороги!
— Молчи, мать, не до тебя. Ну, давай, отвечай! А, вот. Олег, слушай, ты же гаишник, как мне быть на границе без паспорта?
Он в двух словах рассказал о проблеме. Ответ озадачил. Отключив телефон, Николай Иванович уставился в одну точку и молчал.
— Ну, что? Говори же!
— Он сказал: потихоньку езжай через границу, если будут останавливать, нажимай на газ и отрывайся.
— А стрелять не начнут?
— Кто их знает?
— Коля, — обречённо вздохнула Светлана Владимировна, — может, ну её, путёвку эту?
— Моряки не сдаются! – воскликнул Николай Иванович и сильнее надавил на газ.
Вот и граница. Белорусский пост проехали без проблем, никто на них даже не взглянул. А вот на границе с Россией от обочины навстречу двинулся офицер с зелёной фуражкой на голове. Николай Иванович стиснул зубы, напрягся и, когда пограничник приблизился, утопил педаль газа в пол. «Пежо» рванула, словно элитный скакун. Людмила Владимировна запричитала:
— Сейчас начнут стрелять, точно начнут!
— Не дрейфь, мать!
Николай Иванович не сбавлял хода. Мотор ревел, колёса скрипели на поворотах, Светлана Владимировна тихо шептала молитву, прижав к груди кулаки.
— Посмотри расписание прибытия поезда на ближайшую станцию, — скомандовал жене Николай Иванович.
— 12:10.
— Успеем! – успокоил шофёр, не сбавляя скорости.
Въехав в небольшой райцентр, он, взглянув на настенные часы вокзала, чертыхнулся:
— Почему тринадцать часов?
— Так ведь разница во времени!
— Как же я забыл?!
И снова гонка. Следующая станция была в крупном городе, до которого, похоже, они всё-таки успеют. Догнали фуру. Она медленно взбиралась на затяжной подъём.
— Ну, черепаха, шевелись же!
— Коля, куда ты! – опешила Людмила Владимировна, глядя, как муж пошёл на обгон через сплошную разделительную полосу.
— Некогда ждать, — прояснил Николай Иванович и прикусил язык. На горке у обочины стояла машина ДПС, а рядом полицейский. Похоже, что он опешил от такой наглости, но в последний момент взмахнул жезлом, приглашая остановиться.
— Всё, приехали! – обречённо констатировал Николай Иванович и откинулся на спинку кресла. Не успел он открыть дверцу, как на обочину выскочили сёстры. Они обступили молоденького лейтенанта и, дёргая его за рукава, перебивая друг друга, стали вразнобой причитать:
— Офицер, понимаете, мы в Беларуси опоздали на поезд и теперь догоняем его. Простите, что водитель нарушил правила, это от безвыходности.
— Если вы сейчас начнёте оформлять нарушение и штраф, к поезду мы уже не успеем. И путёвка пропадёт, и стоимость билета не верну.
Светлана Владимировна, расчувствовавшись, заплакала.
— Проезд через сплошную линию, превышение скорости, — начал было говорить лейтенант, но Людмила Владимировна перебила:
— Вы давно были на море?
— Года четыре назад.
— А сестра впервые едет. Давайте не лишать её возможности.
ДПС-ник, подумав, взмахнул рукой и скомандовал:
— Догоняйте! – и добавил, отдав честь под козырёк:
— Счастливого пути!
Николай Иванович не верил в произошедшее. «Это он ещё не знает, что я пересёк границу без паспорта! Тут бы и закончилось наше путешествие и моя свобода».
Они въехали на привокзальную площадь одновременно с прибывающим поездом. Диктор объявила:
— Стоянка поезда двадцать минут.
— Слава Богу, догнали!
Посадив в вагон Светлану Владимировну, Николай Иванович с женой долго не могли придти в себя.
— Пойдём в буфет, попьём чайку, — предложил Николай Иванович.
— И то, правда, — согласилась супруга.
Наслаждались ароматным напитком, не спеша. Есть не хотелось, говорить тоже.
— Ну, ты и “стритрейсер”*!
— Не обзывайся. Я хороший.
— Не спорю, хороший. Успел, куда надо. Теперь, Коля, не торопись. Езжай размеренно, чтобы никто не остановил.
К границе подъехали с опаской.
— Могут ведь и арестовать.
— Молчи, мать, мы же не преступники какие.
— А кто же? Прорвались за кордон без разрешения. Выходит, мы контрабандисты?
— Ну, и словечки какие! Ты, может, и контрабандистка, а я весь такой белый и пушистый.
— Ага, свежо придание…
Наверно, на границе был обед, а может, совещание какое, но с обеих сторон никого из служивых не было видно. Оно и понятно: союзное государство. Не веря в удачу, Николай Иванович заулыбался и тихонько запел. Жена подхватила мотив:
— На границе тучи ходят хмуро,
Край суровый тишиной объят…
Так и доехали. Пошёл мелкий дождь, стемнело. Остановились на светофоре. Николай Иванович, свернув на зелёный свет за угол, увидел полицейского, который жестом приказал ему остановиться.
— Что такое, командир?
— Вы пересекли на перекрёстке стоп линию. Пройдёмте в мою машину для оформления протокола.
Николай Иванович взглянул на жену и внезапно расхохотался. Глядя на него, засмеялась и Людмила Владимировна. Полицейский не мог понять, что с ними, а они всё хохотали и хохотали и не могли никак успокоиться.
— Протокол? – захлёбывался от смеха Николай Иванович? – Да хоть, два! С большим удовольствием!