Ветеран педагогического труда из Речицы рассказала о себе и своей семье

---

Сегодня расскажем о династии, и о папе - главе семейства. Даже, наверное, больше о папе, чем о династии. Впрочем, всё нераздельно, неразрывно, едино, всё вместе – семья, поколение, род...

Актив сведений крепок, надёжен, основателен: впору не повествование, а повесть писать; книгу, некоторым образом. Может, и вправду книгу написать? Взяться? Я бы сразу начал со строк Анны Ахматовой – любимой поэтессы нынешней героини нашей, Веры Александровны Новиковой:

“…Этой ивы листы в девятнадцатом веке увяли, чтобы в строчке стиха серебриться свежее стократ. Одичалые розы пурпурным шиповником стали, а лицейские гимны все так же заздравно звучат…”

— Есть в этих строках нечто эпичное, метафоричное, непознанное… Орнаментальное. Лёгкая, благородная изломанность, импрессионизм, мимолётность; в них витает мой любимый серебряный век — улыбается Вера Александровна. – Это моё восприятие. Быть может, оно не совсем верное. Слишком возвышенное, отстранённое, восторженное… Но оно моё, личное. И пусть даже будет в чём-то «слишком»: оно драгоценно для меня.

Оно и для нас драгоценно, Вера Александровна. Именно тем и драгоценно, что, быть может —  «слишком», а главное, что оно — ваше: индивидуальное, искреннее, близкое, понятное, для души и сердца милое. Для вас это явление – удивительное, неизменное, правильное. Радостное. Ваше настроение и нам передаётся. Замечательно и то, что педагогический стаж у вас – пятьдесят лет. Жизнь посвятили учительству – в своей тихой, тёплой, уютной Речице. Никогда не покидали её, и не мыслили покидать – до боли близким, родимым стал для вас этот благодатный, симпатичный, сельский край. Родная школа. Старый, милый,  школьный сад. Звонкоголосые ребятишки. Односельчане. Одна большая, приветливая семья, где каждый дорог, значим, важен. Математику преподавали. Двадцать лет директором Речицкой школы отработали. Отличник просвещения. Ветеран труда. Почёт, уважение, благодарность… Бывшие ученики до сих пор искренне рады общаться с вами.

…Долог, велик, неисповедим судьбы свиток. Мы  развернём его,  взор обратим,  вглядимся пристально… Многое  осмыслим, задумаемся… Об отце вспомним. О вашем отце, Вера Александровна… Фронтовой разведчик Александр Сергеевич Салтыков. Опытнейший воин. Боевой офицер. Лейтенант. Кавалер Ордена Красной Звезды. Командир диверсионно-разведывательной группы. … Они умели «превращаться» в призраков: непредсказуемых, невидимых, неотвратимых, беспощадных, наводящих ужас на фашистов. Возникали словно из воздуха, и в воздухе растворялись – запредельная выучка, тяжелейший тренинг откликнулись на войне почти волшебством.

… К началу войны Александру Салтыкову исполнилось девятнадцать лет. Крестьянский сын из Водоглядовки. Ржаные поля, жаворонки, лошади в ночное… Пахота, сенокос; полыни, белого клевера и аскетичного, как инок, тысячелистника невыразимый аромат… На фронт призвали в июле сорок первого. Курсы, спецподготовка; методика терпения, стремительности, эффективности. Методика сверхсил и сверхвозможностей.  Совсем недавно колосья ржи крошил в ладони, сено в стога укладывал. Духмяное, солнцем и ветром напоённое, луговое сено… С удочкой сидел на речном берегу; мечтал,  на малиновые отблески заходящего солнца глядя… Вечера в деревне сказочные. Они и теперь согревали душу благодарной памятью о себе: здесь, на передовой, где наползала беспросветная мгла, где шла война, где смерть зорко, немигаючи всматривалась в каждого…

Разведка – армейская элита, «привилегия» которой — ходить по острию ножа; через линию фронта, сквозь проволочные заграждения и минные поля… Проникнуть во вражеский тыл, уничтожить объект, отмеченный крестом на карте; добыть сведения, захватить «языка», запутать, измотать облаву, погоню – и вернуться обратно.  Возвращение бывало во сто крат опасней. Но они возвращались, приходили – всем смертям назло. И дошли до Берлина.  Расписывались на стенах, арках, колоннадах рейхстага и имперской канцелярии…

Оставляли автографы Победы.  Александр Сергеевич явственно помнил тот залитый солнцем, салютными залпами гремящий день. 9 мая 1945 года. Была среда Светлой Пасхальной недели. Да, май сорок пятого  Пасхальным выдался. Пасху праздновал православный мир, православная Русь. С поклоном слала Родина любимым  своим сынам благодатный, проникновенный, необъятный, беспредельный колокольный звон, слышались в котором и восторг, и слёзы, и заглушённые, рвущие душу рыданья – о тех несметных, уму непостижимых жертвах, положенных на алтарь Победы…

…Беда подстерегала в Берлине и на 9 мая. Объявлена победа, враг  капитулировал, война закончилась; но фашистские недобитки стреляли из подвалов, из окон полуразрушенных зданий… Стреляли подло, злобно, обречённо… Стреляли отовсюду. Русский солдат прошёл всю войну — сквозь огонь, смерть, страдания; прошагал пол-Европы,  пол — Земли, чтобы в день Победы быть убитым гитлеровским выползнем, полубезумным от ненависти и фанатизма. От них многие наши   погибли.  Жгучей болью отравленная радость:каждая потеря воспринималась особенно невыносимо и остро.  Чернело лицо лейтенанта Салтыкова, когда вспоминал об этом…

В июне сорок пятого Александр Салтыков, фронтовик – орденоносец, вернулся на малую родину, в Водоглядовку. Пришла новая жизнь: мирная, мечтательная, долгожданная, обнадёживающая… Верилось, убедительно верилось только в хорошее. Думалось о тишине, о доме, о семье… Благодать, простор, вольный воздух. Дышалось легко, дышалось радостно – благословенный отчий край. «Как хорошо, что посчастливилось живым вернуться – ты ждала меня, родная земля». За большими должностями не гнался, не желал: работал учителем физкультуры, председателем сельского Совета. Жил размеренно, основательно; жил хозяином в дому: подворье, огород; супруга — Мария Ивановна: счетовод, доярка; пятеро детей: четыре сына и дочка. Всё как быть надлежит. Дочка –  Вера Александровна Новикова; сын – Николай Александрович Салтыков – нынешний начальник сектора Овстугской сельской территории; другой сын, Александр Александрович, работает в Глинищево, в ЖКХ.  Все живут в Речице, рядом и ладом, по-родственному. В краю, где их корни родовые. Двое других сыновей ушли из жизни в своё время, упокоились… Поминают их на Радоницу горькой чаркой, свечой заупокойной…

…А отец, глава семейства, фронтовик Александр Салтыков, погиб 10 марта 1974 года. Трагический, невероятный, дикий случай, который представить трудно: бык закатал. И ни где-то в поле, на пастбище, а на деревенской улице, возле ворот, у дома. Насмерть. Подробности жуткие, поэтому просто скажем, что было Александру Сергеевичу в ту пору пятьдесят два года. И такую смерть принял. Уму непостижимая доля. Лежит с того времени в Водоглядовке… Жена его, Мария Ивановна, умерла в 1997 году. Пожила, сколько отмерено было. Теперь они давно друг возле друга, вместе – мирно спят под берёзами. Все  позади: труды, радости, беды  – потомки родовую ветвь продолжают.

…Вера Александровна неспешно листает домашний альбом. Живая ткань времён, поколений нить пульсирует в ладонях. Фотографий много, в охапку можно брать – вся летопись семейная собрана здесь, сохранена. …Вот муж покойный, Александр Яковлевич, долгое время в Речицкой школе директорствовал. В 2002 году умер: в июне на свадьбе у сына отгулял, а 18 сентября отошёл ко Господу: со спокойной душой, как говорится. Он умер — супруга должность приняла. Эстафету и ответственность. И отличным была руководителем.

…Вот дети: Ирина, Татьяна, Максим. Ирина географию в Речице преподаёт – продолжила дело родительское. Похвально, красиво, благородно. Увлеченья Ирины – неспешные прогулки, природы созерцанье,  всегда неповторимой и прекрасной. «Ни о чём не думать – просто впитывать в себя это очарованье: душа сама улыбчиво откликается».

…Татьяна и Максим в банковской сфере заняты. Брянск, Москва… Звонят, приезжают. Для них всегда любо — дорого побывать здесь — в ласковой, родительской Речице.

Трое внуков у Веры Александровны: Дарья, Александр, Герасим; и правнук Матвей. Родные люди. Самые лучшие на свете. Уютная квартира с окнами на солнечную сторону.  Весна. Цветочный палисадник. Цветы – её давнее вдохновение. Цветы и огуречные грядки. И вообще – грядки. Зелень. Ростки.  Маленькое чудо, своими руками взращенное. А летом, осенью – сбор, заготовки. Вместе с дочерьми отлично справляется: соленья, варенья, маринады. Любит хлопотать о запасах, чтобы банок закрутить побольше, и чтобы повкусней.  Детей и внуков угостить, порадовать, и самой порадоваться.

… Сызмальства любила читать, и теперь не бросает  книгу вечернюю  у лампы с зелёным абажуром  Кот Тихон рядом располагается. Здоровенный, лоснящийся. Как сыр в масле. Сыто дремлет — чуть не улыбается…  Вера Александровна читает классику; или детективы — немыслимые и захватывающие. Чем немыслимей, тем интересней. Чтобы интрига была, лабиринт, загадка, недосказанность, тревога и тайна… Вот тогда —  детектив.

…А за окном — весенняя россыпь света и солнца, крокусы в палисаднике прорастают. Небо дышит теплом, пылает яркой синевой; воздух с полей, с лесов и рощ душистым холодком веет. Жизнь дарит восторг, дарит красоту; говорит напевно, искренне: полюбуйся мною.

Николай Логвинов.

Фото из домашнего архива В.А.Новиковой: Вера Александровна Новикова с дочками и внучкой, 2022 год; ветеран войны А.С.Салтыков; Вера Александровна с мужем в день свадьбы сына, июнь 2002 года; студентка Вера Новикова (первая слева) с однокурсницами; среди учителей и учеников; муж Александр Яковлевич с дочкой;